12 декабря 2017
вход/регистрация
Разделы

 1. Государство и информация
 2. Церковь и информация
 3. Наука, образование и информация
 4. Бизнес и информация
 5. Культура и информация
 6. Проекты ЦСА
 Анкетирование

 Тематика
   Антропология
   Философия
   Культурология
   Педагогика
   Коммуникология
   Психология
   Кибернетика
   Социология
   Семиотика
   История
   Религия
   Журналистика
   Разная информация
   Материалы ЦСА

ОС. "Иван Грозный". Жестокая правда без любви.

Рецензия на фильм А. Эшпая.



На фильм Павла Лунгина «Царь», представленный в Каннах и обещанный в прокат осенью, публика, наверное, в очередях особо давиться не будет. Это – кино для подготовленного зрителя, для избранных. И уж, конечно, никто не пойдет на эту картину с детьми.
Однако почему-то заявленный как «сериал о тайных сторонах жизни первого русского царя» фильм Андрея Эшпая «Иван Грозный» был выставлен на канале «Россия» сразу после вечерней сказки для детей, наверное, в целях популяризации… да нет, пожалуй, не отечественной истории, а, скорее, садистских фантазий, выряженных в красочные этно-исторические костюмы.
Наверное, не один добрый папа, пытаясь привить детям с малолетства любовь к истории, позволил сыну или дочери остаться после «лунтиков» и посмотреть фильм о «первом русском царе». Однако он очень быстро понял, что это было весьма опрометчивое разрешение… 

Тот, кому по необходимости пришлось смотреть весь «сериал» от начала до конца, изнывал от мысли: может быть, лучше бы было автору посвятить жизнь патологоанатомии? Право, наверное, всем было бы гораздо приятнее.
Невозможно представить, для какой аудитории предназначено это зрелище, кто бы мог добровольно из вечера в вечер смотреть это… самовыражение не страдающего от чувства меры автора. Любителей исторического жанра раздражало бы обилие вымышленных подробностей «тайной жизни» при отсутствии очень важных, значимых, точных исторических деталей, «сценическая» речь шпаны двадцатого века, включая истерико-патетические монологи Грозного-Демидова, его «особое» прочтение Девяностого псалма, особенности произношения актеров, воспроизводящих церковное богослужение. Чего только стоит в устах «митрополита Макария» выражение «раба Божьего» вместо «раба Божия». Беда, коль сапоги начнет тачать пирожник…
Любителей же садистской порнухи, которым общероссийский канал преподнес неожиданный подарок, «сериал» бы, напротив, утомил безконечной «пропагандой», совершенно лишними разговорами о скучных вещах, перебором псевдоцерковной и превдопатриотической риторики, слишком большими прелюдиями к вожделенным сценам насилия и некоторым недостатком обнаженки.
Впрочем, зрелища хватает – с избытком. На экране одного из самых массовых отечественных каналов зритель без возрастных ограничений мог стать свидетелем (и, следовательно, соучастником) нескончаемой цепи кровавых оргий:  на наших глазах собаки вкусно грызут оторванные при нас же части человеческого тела, лихие людишки смачно рубят головы, из которых обильно льется кровь, со вкусом зверски избивают, убивают, пытают. Достаточно длительные диалоги непринужденно проходят на фоне окровавленных тел, подвешенных в пыточной. С особым старанием, знанием предмета и удовольствием от умело выполненного дела изображены сцены насилия над женщинами. Эта «тайная» сторона жизни «первого русского царя» и его подельников изображена с документальной дотошностью.
Но, если первая часть «сериала» снята со вкусом, с придыханием, с неспешностью и расстановкой, в середине фильма чувствуется, что уже керосина хватает только на фрагментарность – и именно сцен «тайной жизни», на «первого русского» уже как-то глохнет, а остаток и вовсе доснят впопыхах. То ли денег не хватило, то ли скудная массовка притомилась и разбежалась после «взятия Казани», в особенности, во время речи, которую Грозный-Демидов «толкал» перед тремя костюмированными «воеводами», пятью, пардон, шестью «пленными татарами» и вяло бредущей где-то по далекому полю словно компьютером нарисованной прореженной конницей… Скорее всего, причина «недоработки» в том, что жестокая расправа над Новгородом не являлась «тайной стороной» и известна даже школьникам: на нее у эшпаев и досталей, к счастью, уже горючего не хватило. Пяток «опричников» спалили в «Новгороде», слава Богу, всего одну наспех сколоченную из свежих бревнышек и фанеры хатку и побили палками пару-тройку мужичков, спустив лишь одного из них, явно практикующего «моржа»,  в прорубь.
На сцену о псковском Христа Ради юродивом Николае Салосе вообще декораций не осталось. Действие происходило не во Пскове, где, по преданию, у царя Ивана пала лошадь, а во чистом поле – в том самом, по которому брела «конница» после взятия «Казани». Времени до конца фильма уже было мало, денег на мясо – тоже, поэтому грозный царь, увидев кусочек говядины, намного меньший, чем кусок человечины, который долго терзали ротвейлеры в одной из первых серий, вдруг занервничал – и повернул по дороге из Новгорода к окрестностям Пскова прямо в Москву, даже не отдохнув с дороги. Затянувшаяся пауза на живописных лицах пары-тройки «псковитян» среди чиста поля должна была компенсировать недостаток других изобразительных средств и символизировать значимость момента. И все же непонятно, отчего так вдруг переменились вкусовые пристрастия маньяка…
Все средства, очевидно, были потрачены – надо отдать должное – на очень красивые костюмы. И очень дешевую музыку, если это можно назвать музыкой. Чем ближе к финалу, тем больше «сериал» напоминает телеспектакль. Вспоминается старая телепостановка «Царь Федор Иоаннович» по трагедии А.К.Толстого, где гениальный текст, его великолепное прочтение и игра выдающихся актеров при подчеркнутой условности театра делали незаметными скудость декораций и отсутствие массовки. Об этой постановке с первых же звуков напомнил незамысловатый вокализ новоявленного «сериала» (очень похожий на музыку к старому телеспектаклю, но попроще) – то одиночным женским голосом в особо лирических местах, то нестройным мужским «хором» (максимум, квартетом) в местах, долженствующих нагнетать пафос и звучать вместо слов из «другой оперы»: «Ужасный век, ужасные сердца!».

Если разобраться, это можно сказать о любом веке…
Я изучаю интересное и важное, пожалуй, ключевое для нашего информационного века, явление: стереотипы массового сознания – СМС. В настоящее время придумано множество других терминов, например, мемо или ключевые смыслы медиатекстов. Но пока у меня нет никаких оснований отказываться от этого, обоснованного, простого и понятного. СМС – базовые понятия, образные представления, на которые нанизывается система знаний.  В них включается не только и не столько вербальная дефиниция (словесное определение) того или иного предмета или явления, сколько образы и связанные с образами эмоции принятия или непринятия СМС как своего убеждения.
Например, при объяснении первых арифметических правил обычно складывают и вычитают не абстрактные цифры, а румяные круглые вкусные яблоки. Буратино не принимает простой арифметической операции вычитания, потому что образ слишком ярок: ему не хочется отдавать «некту» свое, пусть даже воображаемое, яблоко. При рассказе о последовательности исторических событий изображают хронологическую ленту произвольной длины и весьма приблизительного масштаба, а на ней, по возможности, на нужных местах размещают красочные изображения динозавров, примитивных людей с дубинками, пирамид, Парфенона, гладиаторов, рыцарей и т.п. Так все становится понятнее, лучше запоминается, увязывается с дальнейшим изучаемым материалом.
В наши дни появились неограниченные возможности с помощью компьютерной графики, фотографии и цифрового телевидения прекрасно моделировать и транслировать иллюстрации к любым базовым СМС. Впрочем, медиасредства этим и занимаются – создавая многочисленные образцы для подражания для миллионов детей и подростков.
Взрослея, человек приобретает более сложные стереотипы, образующие его морально-нравственные ценности, политические пристрастия и пр. Впрочем, неспособность или нежелание самосовершенствования могут привести к тому, что человек надолго остается инфантильным, с примитивными подростковыми стереотипами.
Наивно предполагать, что любой мыслящий человек может сам для себя разрабатывать СМС, многочисленные авторы, скорее, транслируют прежде усвоенные стереотипы, придавая им те или иные, окрашенные их индивидуальностью, формы.
СМС могут быть созидательными (например, социальная реклама о вреде курения, потребления наркотиков, алкоголя; объявления в метро о необходимости уступать места пассажирам с детьми и инвалидам и т.п.); могут быть и разрушительными («не будем прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас» или «мне говорят, что пить нельзя, а я говорю, что буду»). СМС формируются средствами массовой информации, литературой, искусством, личным общением и т.п.: то есть либо в контексте культурной традиции, либо в спонтанном деградационном бурлении субкультуры. В процессе развития или деградации личности какие-то ее стереотипы могут вытесняться другими, полностью противоположными, создавая у человека ощущение личного открытия, личной революции во взглядах, в то время как, вне зависимости от содержания, отброшенный стереотип кажется устарелым, навязанным со стороны.
СМС влияют на жизнь и могут менять ее коренным образом. Общественно-политические силы, заинтересованные в проникновении во власть, внедряют разработанные специально для этого случая СМС в сознание массовой аудитории. И в итоге, к примеру, идея монархии может быть развенчана, монарх скомпрометирован, свергнут, к власти приходят вовсе не те, кто, под одуряющим влиянием разрушительных СМС, проливает кровь на баррикадах, а именно те, кто внедряет в массы идеи классовой ненависти и порочности национально ориентированной государственности.
С точки зрения новаторства в сфере СМС, «сериал» «Иван Грозный» –   не особо впечатляющее явление. Он – лишь один из кирпичиков в уже почти выстроенном здании «Великой информационной стены», призванной отсечь массовую аудиторию от культуры, загнать ее в стойло потребительской субкультуры, где легче формировать ложные потребности и необходимые для манипуляции стереотипы. Такие СМС опираются на низменное, оправдываясь либо пристрастиями аудитории, либо «свободой самовыражения художника», либо необходимостью «обличения пороков».
«Вот вам, – говорят авторы фильма открытым текстом. – Смотрите, какой у вас, русских Иванов-дураков, был первый царь – а вы его терпели! И Сталин точно так же вас унижал и уничтожал, а вы его на второе место после Александра Невского поставили в проекте «Имя России». Так вам и надо. Вы заслуживаете таких правителей, потому что верите их болтовне о вере и патриотизме. На дурака не нужен нож, ему с три короба наврешь – и делай с ним, что хошь!»
 Объясняя нам, дуракам, причины и истоки порочности царя Ивана, авторы фильма ярко, образно и с неким даже перебором используют его же, Ивана, сопливые стенания о «тяжелом детстве» в переписке с Курбским.
Исследования историков показывают, что детство у него было не таким уж тяжким, По крайней мере, подглядывать за постельными похождениями матери или в окошко женской бани дитя никто насильственно не принуждал, разве что Андрей А. Эшпай: это по его «оригинальному» замыслу, мы не только понимаем, почему царь стал таким жестоким и распутным – и даже сочувствуем ему в какой-то мере, но и сами, в принципе, уже можем оправдать свою испорченность. Мы вместе с малолетним распутником и впоследствии с опытным маньяком  принимали участие в его развлечениях, мы перенесли отталкивающее для здравого человека зрелище нечеловеческих истязаний – и эти впечатления, несомненно, повлияли на нашу психику!
В особенности это касается детей, которым либеральные родители позволяют становиться свидетелями подобного медиа-свинства. Их аргумент убедителен: чего стесняться, ведь жизнь есть жизнь, надо знать ее жестокую правду; кроме того, вот мы же с вами смотрим  и не становимся маньяками. И напротив: не надо верить тем, кто пытается что-то запретить, осуждает низменное, призывает к возвышенному. Всегда есть возможность переключить канал или выключить – если не по вкусу – совсем. Если мы признаем свободу доступа к информации для себя, то должны признавать ее и для детей.
Не принимаются во внимание ни особенности детской психики и физиологии, ни отличия сформированного мировосприятия от юного, только формирующегося. Для чего? Для того чтобы получить доступ к медиапространству – не для доставки правдивой информации, а для внедрения разрушительных СМС в незрелое сознание, особо впечатлительное, еще не выработавшее  психоэмоциональный, рассудочный и морально-нравственный иммунитет.
Навязывается стереотип о том, что человек, говорящий о вере и верности Отечеству, преследует корыстные цели: ограбить и уничтожить своих политических оппонентов. И напротив, предать веру и Родину – единственный разумный выход для порядочного человека, если его притесняют или ему угрожают; долг каждого нормального человека – бежать в цивилизованные страны, и уже оттуда, обласканному «цивилизацией», обличать тирана.
Из теплой забугорной будки, разумеется, гораздо легче тявкать на страшного зверя, чем жить – и выживать! – с этим зверем в одном лесу. Но иного выхода у большинства народа нет. Поэтому для самодовольных выскочек, мнящих себя «элитой», большинство всегда неправо, а народ всегда заслуживает правителя-кровопийцу, потому что раздражает его: либо строптивостью, либо долготерпением.
Курбский и Герцен, Плеханов и Ленин, белая эмиграция и  антисоветские диссиденты – презирали народ, который не рванул следом за ними в эмиграцию, остался на Родине, перетерпел то, что они не смогли, переболел ее болезнью – и выжил, приобретя иммунитет. На самом деле существует гораздо больше порядочных людей, не эпатирующих, не бросающихся на амбразуру, просто выполняющих свой долг, не желающих покидать родных и Родину, в которой несладко приходится, – они-то в итоге и одолевают тирана и его преступную идеологию.
Возмущенный тем, что народ не поддержал декабристов, недовольный смирением и долготерпением Русского народа, наш вечный гений Пушкин начертал горькие строки:
«Паситесь, мирные народы!
Вас не пробудит чести клич.
                    К чему стадам дары свободы?
                    Их должно резать или стричь.
                    Наследство их из рода в роды
                    Ярмо с гремушками да бич».
 Это – тот самый народ, чей бунт Пушкин впоследствии осудил как «безсмысленный и безпощадный».
Уже потом, зрелый поэт признал, что «нет убедительности в поношениях; там, где нет любви, нет истины». Пушкинский народ в финале «Борисе Годунова» безмолвствует. И это звучит гораздо тревожнее и выразительнее, чем вопли толпы в начале драмы.
Но юный, еще не преодолевший отравы разрушительных СМС, поэт «в порабощенные бразды бросал живительное семя»! Умаялся бросать! Декабристы так отважно боролись за освобождение народа! А он!.. Эх, этот вечно отсталый народ!
Борцов за народное счастье всегда не устраивает народ, не спешащий принимать их фальшивые разрушительные стереотипы. Вот и Ивана Грозного, и его непримиримых врагов народ тоже возмущал.
 А народ – простая бабушка, или смирный мужичок (кстати, Смирнов, а вовсе не Иванов, – самая распространенная русская фамилия) – не спорит с сильными: себе же дороже. Он только молвит тихонько себе под нос: «Нехай твой черт старше» – и живет себе по чести, по совести, по ладу, уставленному прадедами. Безмолвствует. Не лезет за чинами, наградами и славой. Надо трудиться – трудится, надо пахать – хоть на себе, но пашет, надо воевать – идет и воюет. Тихо молится, даже если храмы закрывают, кресты свергают, а священников казнят. И переживет всех «реформаторов»,  убивающих своих детей. И потомков оставит смирных, добрых и честных, и сироту приютит, и в пир всех родных и соседей угостит, и в голод поделится последней рубахой и последней краюхой хлеба, и порядок в доме уставит, и побежденного врага пожалеет, и не озлобится от трудностей жизни и несправедливости властей. Потому что нормальных людей не телевизор с компьютером воспитывают, и не стереотипы, изобретаемые чужими умниками, а родные дедушки и бабушки, которые с детства внушают внукам хранительные  истины, СМС-обереги.
Бабушка учит: «Руки мой перед едой. Не тяни в ротик всякую дрянь, Не лги, а не то ротик перекосит. Не жадничай – подавишься. Не в свои сани не садись. Не пей из копытца – козленочком станешь. Не смейся над чужим горем – плакать будешь над своим. Неча на зеркало пенять, коли рожа крива. Не сиди без дела, в доме всегда работа найдется. Не слушай серого волка, даже если он поет сладким голоском»…
 Когда дитя научается читать, следует подобрать ему хорошее чтение: не про Человека-Паука, Бэтмэна, мстительного и самодовольного мальчика-колдуна Гарри Поттера и прочую нечисть. Есть сказки и былины, есть много хороших современных авторов. Но основой чтения тех, кому дорога отечественная история, должны стать, как и для наших предков, жития Русских святых. Если в книгу о житиях Русских святых положить тоненькие закладки на те страницы, где рассказывалось о жизни и деяниях одних только современников Ивана Грозного, то закладок – тоненьких листочков бумаги – окажется так много, что книга не будет закрываться. Материала столько, что и писателю, художнику, и ученому, и кинорежиссеру есть над чем поработать, не смакуя физиологии.
Люди, посвятившие свою жизнь служению Богу и ближнему, творившие добро, страдали и гибли от насилия властей, разбойников, иноплеменных. Но что было для них общим и характерным: они были смиренны и милосердны, трудолюбивы и терпеливы, своим светом показывая путь во мраке криминального правления царя, прикрывавшего свои похоти и властолюбие, страх и глупость громкими словами о вере и Отечестве.
Нынешнее поколение, вскормленное множеством сериалов с насилием, вероятно, даже не знает, но из старшего поколения многие помят, что даже в детских драках всего лет сорок-пятьдесят назад существовали правила: нельзя было нападать вдвоем на одного, драться ногами, нельзя было бить по лицу (!), ниже пояса или в спину, для мальчика было унизительно драться с девочкой, нельзя было плевать на землю – это было оскорбление, провокация драки. Существовало множество неписаных правил, сохранившихся с древнейших времен. По крайней мере, детей оберегали от зрелищ жестокости и насилия.
Сейчас «правда жизни» хлынула на экраны: на любом канале – либо криминальная хроника, либо детектив, непременно с убийством, либо хамский садистский юмор. Даже канал «Культура», не отставая от конкурентов, пропагандирует фальшивые СМС в псевдонаучных сериалах «Варвары» или «Кочующие племена», с повторами кровавых сцен. И мы, и – главное – дети уже привыкли к этому. Тем, кто общается с детьми непосредственно и вызывает у них доверие, наверное, не раз приходилось ужасаться от того, что эти дети рассказывают о взаимоотношениях сверстников. Бóльшая часть стереотипов жестокости, грубости, криминального лексикона, интонаций, жестов и действий заимствуется вовсе не из семьи – а из компьютерных игр и с телевизионного экрана. Это неудивительно: одни поколения играли в «Чапая», другие – в «космонавтов», иные – в «бригаду». Правда жизни для детей – в тех стереотипах, которые представлены им в масс-медиа. 
Так ли необходима зрителю такая «правда жизни»?
 
Недавно один уважаемый человек вспомнил слова мудрого старца: «Жестокая правда без любви есть ложь». Как вовремя!
Именно поэтому – даже если бы обсуждаемый фильм был снят с документальной точностью, но по тому же сценарию, – он все равно вызвал бы ощущение фальши. Почему? Потому что сотни святых, живших в одном пространстве и времени с грозным царем, вычеркнуты, если показаны единицы, то они – ничтожны перед теми, в чьих руках власть и сила.
Но ведь на самом-то деле все обстоит не так!
С какой бы извращенной жестокостью ни унижали и ни уничтожали народ, он не озлобился и не выродился, не изменил своей христианской сути и не перешел на сторону врага. В отличие от беллетристического вымысла безответственных кинодельцов о «тайной жизни», жития святых – подлинное историческое свидетельство того, что во все времена оставалось множество людей, служивших Отечеству, а не властям, способных выстоять и не дрогнуть, сохранить и отеческие ценности, и Православие, и Отечество, и родных – вопреки усилиям преступной власти.
В «сериале» мимоходом показан святитель Филипп, митрополит Московский и Всея Руси, чудотворец. По «сериалу» не совсем понятно, почему именно его поддержки так страстно желал грозный царь и почему он этой поддержки так и не получил.
Феодор был сыном знатных бояр Стефана и Варвары Колычевых. Овдовев, боярыня приняла постриг с именем Варсонофия и основала в Москве Варсонофиевский монастырь. Сложный путь от фаворита-царедворца до инока-пустынножителя прошел ее сын, постриженный в монахи под именем Филипп. Наставником его был старец Иона, ученик прославленного святого – преподобного Александра Свирского. Соловецкий монастырь, где святитель Филипп принял должность настоятеля, стал образцом творческого благоустройства общества. Так следовало управлять любимой землей и народом истинно Русскому правителю. Игумен начал с разработки железной руды и поваренной соли, что принесло монастырю средства для дальнейших преобразований. Святитель Филипп соединил 52 озера в одно Святое озеро, которое давало питьевую воду, а соединенное каналом с морем – энергию для мельниц. Он благоустроил пристань, больницу и гостиницу для паломников, все деревянные постройки заменил кирпичными, для чего устроил кирпичный завод. Маяками служили установленные святителем большие кресты. Обитель игумен окружил гранитными стенами. Изобрел самодвижущуюся телегу (без лошади!) и решета, просеивающие муку без усилий человека. Он завел образцовый скотный двор, развел стада лапландских оленей. Устроил мастерские, в которых шили обувь и одежду из шкур оленей, что было просто необходимо в суровом приполярном климате Соловецких островов. Он улучшил трапезу братии. В монастырском саду собирали урожай яблок!
Более всего святитель Филипп потрудился над духовным благосостоянием и благолепием обители. Он воздвиг и украсил два великолепных собора – Преображенский и Успенский. Он разыскал чудотворную икону Божией Матери одного из основателей обители  прп. Зосимы и его каменный крест, ризы и Псалтирь. Эти святыни бережно хранились в обители.
Игумен благоустроил жизнь монастырских крестьян, платное начальство обязано было разбирать их жалобы, строго следило за их благосостоянием и нравственностью.
Заботясь о братии и окрестных жителях, Святитель Филипп усилил строгость устава и послушания. При этом он умел управлять людьми так, что ему не надо было даже повышать голос. Какой контраст полновластному царю, который не способен был обходиться без истерик, казней, пыток, но так и не смог добиться порядка и процветания страны, напротив, подвел ее к грани национальной катастрофы!
С возведением святителя Филиппа на кафедру Московского митрополита 25 июля 1566 года Русские люди связывали надежды на прекращение кровавых дел царя, надежды на гражданский мир и согласие. В первой же своей проповеди святитель Филипп напомнил царю о милосердии к подданным и о том, что и сам он подчинен власти Всевышнего. Но царя такие слова только раздражали. Он требовал у митрополита благословения на опричнину. Террор залил страну кровью. 21 марта 1568 года царь потребовал, чтобы публично отказавший ему в благословении митрополит отрекся от сана. Иван Грозный организовал клеветнический собор, который низложил святителя. Был зверски убит опричниками святитель Герман, архиепископ Казанский, единственный, кто осмелился вступиться за митрополита Филиппа. Когда во время службы 8 ноября 1568 года опричники, ворвавшись в собор, сорвали со святителя ризы, вытолкали его из храма и, бросив в сани, повезли в Богоявленский монастырь, за ним в слезах и отчаянии бежал народ, преодолевая страх перед опричниками. Митрополит Филипп был невозмутим. Перед воротами монастыря он благословил людей и попросил их вернуться домой.
В монастыре издевательства нечестивого царя продолжались: святителя обвиняли в колдовстве, заковывали в цепи в смрадном подвале, запускали к нему темницу голодного медведя. Обвинения рассыпáлись, цепи спадали, медведь заснул. Святителя морили голодом и холодом, убивали близких ему людей, наконец, отправили в Тверской Отрочь монастырь, где  он был убит опричниками 3 декабря 1569 года.
Сын и наследник грозного царя Феодор Иоаннович приказал перенести останки священномученика в Соловецкий монастырь и похоронить там с почестями. Тогда же было обнаружено нетление его мощей. Явления Филиппа Соловецкого болящим с тех пор стало целительным. В 1648 году святитель Филипп был причислен к лику святых.  
Святитель Филипп Соловецкий, митрополит Московский и Всея Руси – самая яркая фигура, противостоящая криминальному правлению. Таких – творческих, стойких, милосердных, работящих, молитвенных – людей на Руси всегда было больше, чем злодеев и разрушителей. Во времена Ивана Грозного своими трудами и молитвами Русь спасали святитель Макарий митрополит Московский и Всея Руси, преподобный Антоний Черноезерский, преподобный Афанасий Сяндемский, преподобный Евфимий Архангелогородский, преподобный Максим Грек, преподобный Геннадий Костромской, преподобный Феодосий Тотемский, преподобномученик Корнилий Псково-Печерский, блаженный Николай Салос Псковский Христа Ради Юродивый, преподобный Мартирий Зеленецкий, преподобный Кирилл Астраханский, праведная София княгиня Слуцкая, преподобный Ефросин Синозерский, мученики Петр и Стефан Казанские, преподобный Арсений Новгородский, преподобные Иона и Вассиан Соловецкие, первый Патриарх Московский и Всея Руси святитель Иов, праведные отроки Иаков и Иоанн Менюжские, праведный Василий Блаженный Христа Ради Юродивый Московский чудотворец, архиепископ Казанский святитель Герман, и многие, многие другие.
Кто-то не сподобился достичь святости, но своим служением навеки вписан в историю России: автор «Домостроя» протопоп Сильвестр, сподвижник царя по Избранной Раде Алексей Адашев, Ермак, прирастивший Россию Сибирью, первопечатник Иван Федоров, псковитяне, отстоявшие город от Стефана Батория, и великое множество Русских людей.
Одни светили ярко и мощно, на всю страну, на весь народ, подобно святителю Филиппу, другие – скромно и смиренно несли свой труд и молитву, спасая вокруг себя тысячи.
В семье царского ключника Истомы (Иустина) Недюрева родилась девочка Иулиания. Она была, может быть, лет на пять моложе сироты-Ивана, будущего царя – и сама осиротела в возрасте шести лет. Воспитывалась у родственников в строгости. Шестнадцати лет была отдана замуж за дворянина Георгия Осорьина – и уехала в имение его родителей – село Лазаревское близ Мурома. Прожила там почти всю жизнь. Иулиания была обычной русской женщиной – молитвенной, молчаливой, работящей. На сон уходило два-три часа, день начинался и кончался молитвой. За день очень уставала от работ по дому, а ночи проводила над рукоделием, чтобы собрать средства на милостыню бедным. В голодное время 1570-1572 Иулиания удвоила подаяние, Когда разразилась эпидемия чумы, она ухаживала за больными и хоронила умерших, молясь за них. Когда умерли родители мужа, то на поминовение их и на милостыню Иулиания истратила большую часть своего имущества. Муж ее служил на царской службе и годами не бывал дома. Из их десяти сыновей и трех дочерей четыре сына и две дочери умерли во младенчестве, старший сын был убит на охоте, еще один погиб в бою. Потом умер и супруг. Утешение детей, забота о них и помощь нуждающимся стали главным трудом Иулиании.
Она пережила и грозного царя, и его блаженного наследника, но почила во времена несчастного царствования Бориса Годунова. Беззакония властей, неурожаи, голод, эпидемии приводили в дом Иулиании множество обездоленных. Ей было уже более семидесяти лет – и всю жизнь она провела в служении и трудах, так же, как и ее родители, супруг, дети, все родные и близкие. Для семьи, себя и для бедных Иулиания велела печь хлеб, смешанный с лебедой и древесной корой. Людей приходило все больше, и все находили приют и помощь. 2 января 1604 года, напутствуемая Святыми Таинами, праведная Иулиания скончалась. Погребена была рядом с мужем в селе Лазареве. А в 1614 году, когда готовили могилу для ее сына Георгия, обнаружили ее гроб, наполненным ароматным миро, – и обрели ее мощи нетленными. Хворые, прикоснувшиеся к миро и гробу праведницы, обретали здоровье, даже песок с могилы святой Иулиании Лазаревской, принесенный неизлечимым больным, давал исцеление. До сих пор на могилу святой приходят за исцелением и приносят больных детей.
Вот кто – настоящая сила! Вот кому принадлежала и принадлежит власть на земле Русской. Вот кто победил в битве добра и зла. Вот о ком надо снимать фильмы и рассказывать детям!

Откуда же на Святой Руси, богатой праведниками, взялся такой «первый русский царь»? Страшилок в детстве насмотрелся? Какие СМС воздействовали на сознание человека так, что превратили его в безнравственное и безжалостное существо, крокодиловыми слезами оплакивающее своих жертв?
Ответ, как это ни удивительно, лежит на поверхности, надо только уметь анализировать известные факты. Всем известно, что матерью Ивана Грозного была Елена Глинская, из литовских татар. Ее предки вели род от Мамая – и она гордилась этим. Она и детей воспитывала в ненависти и презрении к народу, над которым властвовала. Особыми безчинствами, грабежами и расправами с неугодными отличились дядья царицы Елены после смерти ее мужа, а сын Иван с детства вел себя в России, как завоеватель в захваченной стране. Так Мамай – в лице своих потомков – все же воцарился над Русью и отыгрался за свое поражение и позор на поле Куликовом.
Елена Глинская – вторая из женщин на русском престоле, давшая основания усомниться в ее верности супругу и в законном происхождении детей. Несомненно, слухи о собственном внебрачном происхождении были известны царю Ивану, и он с особым подозрением относился к русской знати, понимая, что любой из высокородных имеет больше прав на престол, чем он. Именно отсюда – а вовсе не от значительно преувеличенной нелояльности знати – стремление уничтожить цвет русской аристократии, воинства, священства. Кровавый бунт против Глинских, учиненный народом, когда чаша терпения была переполнена, показал беззаконному царю, что и с ним – в случае разоблачения – могут поступить также. Поэтому он не щадил ни знати, ни простолюдинов. Так Мамай – в лице своих потомков – уничтожал тех, кто теперь не мог противостоять ему на равных: с оружием в руках.
Русские женщины, смиренные и благочестивые, верные и целомудренные, славящиеся своей чистотой и красотой, были как бельмо на глазу царю с темным происхождением, с детства насмотревшемуся на распутство собственной матери. Чтоб от него не сильно воротили носы, надо было и чистых вывалять в нечистотах. Так Мамай – в лице своего потомка – потешился над непобедимым народом, по горькому повороту судьбы, попавшим под его пяту, попортил ненавистную породу победителей.
  
А первой женщиной, уличенной в супружеской измене Русскому верховному правителю, была Софья-Зоя Палеолог. В свое время Иван III Великий поставил под сомнение свое отцовство в случае с Василием. Очень быстро после этого великий князь умер, завещав престол внуку Димитрию Ивановичу , собственноручно помазанному им на великокняжеский престол, и… Василию. После смерти Ивана III Димитрий Иванович был заключен в темницу и уморен голодом. А Василий III стал законным великим князем.
Казалось бы, человек способен взять от жизни все – стоит только перешагнуть запрет. Цель оправдывает средства. Захватив престол, если не ублюдок , то братоубийца, полагая, что он всех перехитрил, даже Бога, берет в жены знатную добропорядочную здоровую Русскую девушку. Но Бог не дает им детей – в течение двадцати лет! Когда Соломонию Сабурову по воле мужа постригают в монастырь, он, по-иноземному обрядившись и сбрив бороду, женится на молодой иностранке, умеющей себя смело вести и нравиться. И развод, и новую женитьбу Василия III осуждают и церковные иерархи, и знать, и народ, видят грозные знамения, пророчат неминуемую беду от этого брака и от детей, в нем рожденных. Но детей тоже долго нет. Два сына рождаются только тогда, когда и над Еленой Глинской нависает угроза развода и монастыря. Оба сына Глинской – и Иван, и Юрий – с психическими отклонениями. Внуки Глинской, дети Ивана Грозного – от всех его многочисленных «браков» – также были либо нежизнеспособны, либо страдали душевными расстройствами. Правнуков нет.
В итоге дочь миланского герцога, самозвано именовавшая себя греческой царевной и наследницей византийских императоров , явившаяся в Москву под сенью католического креста и по благословению папы Римского, привезшая с собой лживых учителей, фаворитов-интриганов, искусных лекарей-отравителей и специалистов по ловле еретиков, несмотря на все свои старания направо и налево, не оставила на московском престоле ни одного потомка.

А вот настоящим первым русским царем был Ярослав Мудрый! При раскопках киевского Детинца академик Б.А.Рыбаков, лучший специалист по Древней Руси, обнаружил на церковной стене фресковую надпись «Ярослав Царь Руси». Мудрым, а не грозным был первый русский царь.
Ярослав Мудрый (1019-1054) тоже жил в «ужасный век». Сыновья Великого князя Киевского Владимира Святославича погибли в братоубийственной междоусобной войне. Великокняжеский престол достался молодому князю Ярославу. Он испытал много бед и потерь. В войне с братом Мстиславом потерпел поражение. Но его не зря прозвали мудрым: из своих испытаний Ярослав сумел извлечь полезный опыт. Он научился выигрывать споры миром и умом. Брат-победитель сам предложил Ярославу вернуться на Киевский престол, а вместе они отвоевали захваченную поляками Червонную Русь. Когда князь Мстислав умер, он оставил свои земли – правобережье Днепра, Чернигов, Тмутараканское княжество – Ярославу.
В год смерти Мстислава на Русь обрушилась еще одна беда – самое крупное нашествие Печенегов. Они дошли до Киева – и под его стенами сразились с Русским войском. «Бысть сеча жестока», – и сообщает летописец. Ярослав сам принимал участие в сражении и полностью разбил разорителей земли Русской. После этой битвы о Печенегах уже никто никогда не упоминал.
При Ярославе состоялся и последний поход Русских на Царьград – Константинополь. Возмущенный убийством в Царьграде одного из Русских купцов, Ярослав велел своему сыну Владимиру собрать воинов и на лодьях идти на Греков. Буря разбросала Русский флот, а на потерпевших крушение воинов напал император Константин Мономах. В неравной схватке Русских захватили в плен – и ослепили. Князь Ярослав не бросил своих в беде – выкупил их из плена.
Окончив войны и походы, Ярослав занялся мирным устроением Русской земли. Самое знаменитое деяние Великого Князя Ярослава – возведение собора Святой Софии Киевской. Храм этот соперничал красотою и богатством с церквами Царьграда. При Ярославе были построены и каменные стены вокруг Киева, и знаменитые Золотые Ворота. Киев времен Ярослава современники называли украшением Востока.
Ярослав дал Руси писаный закон – ввел первый судебник «Русская Правда». Закон устанавливал правила суда, наказания за оскорбление, кражу или убийство. В нем определялся порядок сбора налогов и право наследования имущества. Все последующие законодатели Руси, в том числе и авторы Судебника 1550 года, опирались на «Русскую Правду» Ярослава. Но главное, что дала «Русская Правда», – обязанность граждан следовать закону, а не ослепляющему и разрушительному чувству мести. 
Ярослав Мудрый заботился о распространении учения. Он читал и писал, любил книги и собирал их. Книги переписывали и помещали в основанную Ярославом при Софийском соборе библиотеку.
При мудром князе был основан и первый на Руси монастырь. Киево-Печерская Лавра стала центром Православия, учености и святости на Руси. Прежде митрополитов в Киев присылали из Константинополя, от Греков. Ярослав Мудрый впервые поставил своего митрополита, «Русского родом», как пишет летописец. Этим митрополитом стал Иларион – мудрый человек благочестивой жизни, талантливый писатель, автор знаменитого «Слова о законе и благодати». Вокруг него собрались самые умные, талантливые и образованные люди того времени.
Могучая, сильная, просвещенная и богатая Ярославова Русь чеканила свою монету – «Ярославово серебро».
Породниться с царем Руси почитали за честь правители Европы . Сам Ярослав был женат на Ингигерде, старшей дочери мудрого шведского короля Олофа Скетктунга, не без оснований прозванного «всехристианнейшим королем». Став Русской великой княгиней с именем Ирина, эта образованная, смелая, полная ума и доброты женщина, стала верной помощницей и советницей мужа, помогала устанавливать добрые отношения с иными государствами.
В Киеве Ирина основала первый женский монастырь во имя святой великомученицы Ирины. Скончалась она в Новгороде, приняв постриг и имя Анна. Это был первый постриг в великокняжеском доме. Письменные памятники свидетельствуют о многочисленных чудесах, истекавших от ее святых мощей. 
Святая благоверная княгиня Ирина (Анна) была матерью семи сыновей и трех дочерей.  Старший из них – святой благоверный князь Владимир Новгородский причислен к лику святых Русской Православной Церкви, князь Киевский Изяслав и князь Черниговский Святослав – местночтимые святые киевские, а князь Переяславский Всеволод – отец Владимира Мономаха, – родоначальник великих князей  и царей московских. Всеволод был женат на дочери византийского императора Константина Мономаха. Изяслав – на дочери польского короля Казимира. Дочь Анастасия вышла замуж за венгерского короля Андрея Первого. Дочь Анна стала супругой короля Франции Генриха Первого, а после смерти мужа правила Францией при малолетнем сыне. Норвежский принц Гаральд много лет и воинскими подвигами, и прекрасными стихами добивался руки Елизаветы Ярославны – и уже после женитьбы на дочери царя Руси стал королем Норвегии.
Ярослав Мудрый всего на четыре года пережил свою святую супругу.
Умирал он в ясном сознании, причастившись Святых Таин. Он завещал всю власть старшему сыну, а других – наделил землями и оставил наказ жить в согласии и братской любви.
Летописец донес до нас мудрый наказ первого русского царя Ярослава:
« ...если  будете жить в любви между собой, Бог будет за вас и покорит врагов... Если же будете в ненависти жить, в распрях и ссорах, то погибнете сами и погубите землю отцов своих и дедов своих, которые добыли ее трудом своим великим...»
Как было бы хорошо, если бы об этом наказе помнили не только потомки Ярослава Мудрого, не только последующие правители, но и наши современники – и политики, и создатели СМС.

INDEX
1. Библия: Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Канонические.

2. Домострой. М.: Советская Россия, 1990.
3. Иловайский Д.И. История России. М.: Чарли, 1996.
4. Карамзин Н.М. История государства Российского. – Ростов-на-Дону, 1989.
5. Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. М.: Сварог, 1995.
6. Ключевский В.О. Русская история. М.: Мысль, 1993.
7. Платонов О.А. Русская цивилизация. М.: Роман-газета, 1995.
8. Пушкин А.С. Собр. соч.в 10 томах.
9. Русские святые. Жития собрала монахиня Таисия. СПб.: Азбука-классика, 2004.
10. Святая Русь. Большая Энциклопедия Русского народа. Русский патриотизм. Гл. редактор, составитель О.А.Платонов, составитель А.Д.Степанов. – М.: Православное издательство «Энциклопедия русской цивилизации», 2003.
11. Скрынников Р.Г. Иван Грозный. М.: Наука, 1989.
12. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. М.: Голос, 1993.

 

         
Новые статьи

Проекты ЦСА  |  Полемика
2009 (c) ООО "Ихтос". Все права защищены.